Новости -> Нина Апсите — инструмент в руках Бога

Нина Апсите — инструмент в руках Бога

30.06.2005 08:24


Если у вас когда–нибудь была давнишняя мечта, если вы помните тот долгожданный момент, когда она наконец осуществилась, вы поймете Нину Емельяновну Апсите, которой для этого понадобилось долгих 50 лет.

Сладкие грезы

Детство Нины Знатковой (девичья фамилия моей героини) пришлось на голодные послевоенные годы. Она до сих пор помнит маленькую каморку на улице Кулдигас, где ютились отец и четверо детей. Мама умерла. Отец получал около 250 рублей, которых катастрофически не хватало на жизнь. "Помню, башмаки на три размера больше, в которых шлепала в школу, и постоянное чувство голода", — говорит моя собеседница. Несмотря на все тяготы быта, у девочки было удивительное свойство — у нее постоянно в голове звучала музыка.

— Однажды наш класс отвели в Театр оперы и балета. Увиденное показалось мне невероятным, но не настолько, чтобы обуздать мою бурную фантазию. После этого по вечерам как только я закрывала глаза, передо мной возникала эта сцена, но с другими, мной придуманными декорациями. Я прокручивала балет от начала до конца, каждый шаг, каждый взлет руки, но мне казалось, я могу сочинить это еще лучше. Что до музыки, я ее тоже переписывала и, как мне казалось, усовершенствовала. Я была уверена, что могу написать музыку, подобную услышанной в театре.

Не удивительно, что малышка постоянно пела. Причем делала это настолько хорошо, что заслушивались даже взрослые. Она могла с первого раза повторить любую песню, с удовольствием исполняла на бис.

Школьный хормейстер быстро заметила Нинин талант. "Если бы ты занялась вокалом серьезно, из тебя мог бы выйти толк", — заметила она. Но денег на частные уроки не было, поэтому девочка отводила душу у старого пианино, которое стояло в углу цеха. Отец часто сторожил цех по ночам, и Нине то и дело выпадало несколько драгоценных часов для общения с инструментом.

Молочные реки

Молочные реки и кисельные берега для Нины начались с детдома, куда ее вместе с младшей сестренкой отдал отчаявшийся прокормить большую семью отец. В 14 лет детство девочки закончилось, ее отправили в Добеле на молочный комбинат работать.

— Засунули меня в самую глушь, — вспоминает с грустной улыбкой Нина Емельяновна. — В моем распоряжении была голая комнатка и кровать с матрасом. Каждый день мне приходилось выполнять разную черновую и тяжелую работу: белить стены, варить творог, таскать тяжеленные канны. Платили 250 рублей, на которые я покупала себе хлеб и конфеты, благо, что молочные продукты можно было есть от пуза. Девочка там отъелась! Каждый день выпивала по литру сливок.

Щеки у нее налились румянцем. Что еще оставалось ей в глуши лесной? Работать да петь! Однажды у соседней девочки Нина увидела аккордеон, и ей страсть как захотелось хотя бы подержать его в руках. Под ее прикосновениями заветный инструмент тут же зазвучал. Неумело, но довольно внятно зазвучала знакомая мелодия. "Как я понимала, на какие клавиши нажимать? Сама не знаю. Бог, видимо, водил моей рукой".

Примадонна комбината

Нина стала шлифовать мебель на Первом мебельном комбинате, а жизнь продолжала шлифовать ее. Девушка, не окончив школу, продолжала работать, так и осталась с 4 классами образования. "Мне приходилось все начинать с нуля, с первой ложки. Свое первое одеяло я купила в 18 лет. Именно в это время я попала на комбинат, где проработала много лет подряд".

Не стоит удивляться, что и тут она между делом активно занималась самодеятельностью. Вместо того чтобы бежать после работы c подружками на танцы, запиралась в "красном уголке" у пианино. Полученные там уроки не прошли даром. На местных вечеринках она лихо распевала итальянские арии и песни из популярных кинофильмов, аккомпанируя себе, благодаря чему снискала славу "примадонны комбината" — по аналогии с популярным в то время кинофильмом "Королева бензоколонки".

Шли годы, жизнь налаживалась. Нина Апсите успела получить квартиру (свою квартиру!), выйти замуж, родить дочку, развестись, сменить работу. И казалось, что детская музыкальная мечта должна безвозвратно кануть в Лету, если бы не…

От горя к радости

Если бы не трагическая история, которая случилась 18 лет назад, аккурат на 50–летие моей героини.

— В тот день у нас дома собрались гости: брат приехал из деревни, пришли друзья. По хозяйству хлопотала дочка, все с минуты на минуту ожидали моего прихода. Как назло, я задержалась на работе, в тот день мы что–то очень долго сдавали кассу.

Вдруг звонит взволнованная дочь и сообщает, что с моим братом случилось несчастье — он скатился с лестницы, кажется, сломал шею. Не помню, как я примчалась домой и успела услышать последний вздох брата, перед тем как его увезла "скорая".

Горю не было предела. Я зашла к соседке, чтобы позвонить, вдруг увидела у нее в квартире пианино. Тут меня озарило — я ДОЛЖНА наконец купить себе инструмент. Я металась по пустым магазинам, умоляла продавщиц достать этот дефицит. Видимо, напор мой был столь велик, что одна из них наконец сжалилась надо мной и сказала: "Я вижу, что вам очень надо. Успокойтесь, будет у вас пианино".

"С ума сошла! Это для внука?" — только и могла всплеснуть руками сестра. А я была счастлива. Так в 50 лет я осуществила свою заветную мечту.

А музыка звучит…

Первое время Нина Апсите почти не отходила от инструмента. Играла часами напролет все подряд. Однажды она услышала по ТВ выступление Раймонда Паулса, который сказал, что у нас не хватает хороших песен. "Неужели?" — удивилась Нина и стала сочинять.

— Я сочиняю везде — иду по городу, стою в магазине или еду в транспорте — у меня в голове постоянно звучит музыка. Иной раз я бегу домой, чтобы сыграть ее на пианино. Нотной грамоты я так и не освоила, поэтому записывать песни сама не умею, а все играю по памяти.

Однажды подруга пригласила ко мне в гости виолончелистку. Скептически настроенная дама, разъезжающая по заграницам, важно устроилась в кресле, приготовившись слушать. Уже через несколько минут ее лицо преобразилось, она жаждала увидеть ноты. Узнав, что их не существует в природе, она спросила разрешения собственноручно записать несколько моих произведений.

Такое же произошло и с одним известным латвийским музыкантом, зашедшим однажды в гости к "начинающему пианисту". После чего Нина Емельяновна убедилась — надо выходить в люди. Она даже приняла участие в записи ТВ–программы, что–то вроде латвийского варианта "Алло, мы ищем таланты".

— Выйдя на сцену, честно призналась, что никогда в жизни не играла на рояле, чем вызвала снисходительную улыбку у всего технического персонала. Но верите вы или нет, но после того, как я спела и сыграла, а была я в тот раз в голосе, они рты пооткрывали и так долго аплодировали, что мне даже стало неловко.

Инструмент божий

Лиха беда начало. Теперь, если есть возможность, Нина Емельяновна выходит на большую сцену играть. С удовольствием участвует в фестивале "Все звезды от 5 до 55", который в зале "Аве сол" устраивает Елена Шамова. Ее песни, а их более 100 на русском, латышском и даже с переводом на английский, разлетелись по миру. Кассеты с записью слушают в Вашингтоне, а песни "Гайпутни" и "Ангел голосом нежным" стали настоящими хитами "Христианского радио" и Латвийского радио.

Музыки в голове нового латвийского музыканта еще очень и очень много, и она обязательно должна звучать и найти свою дорогу к публике. Кстати, выслушав эту невероятную историю, мне нестерпимо захотелось послушать хоть одну песню. "Отчего нет?" — сказала Нина Емельяновна и пододвинула стул к инструменту.

После нескольких песен, окончательно сбитая с толку уникальной мелодичностью композиций, профессионализмом исполнения и целостностью впечатления, задала совершенно бестактный вопрос: "А вы меня не разыгрываете? Это я насчет четырех классов, первого инструмента в 50–летнем возрасте и полного отсутствия музыкального образования".

Но Нина Емельяновна лишь спокойно улыбнулась: "Многие не верят. А я сама не знаю, как это у меня все получается, откуда приходит. С небес, наверное. А я просто инструмент в руках Божьих".


Источник: Светлана ДЕЛЬФОНЦЕВА, Вести сегодня

 

Добавить комментарий

Ваше имя:

Комментарий





© 2011 rtmm.lv